Подвиги бывают разные…
В нашей семье всегда бережно хранили эти три пожелтевших солдатских треугольника – письма моего деда Аникина Никиты Гавриловича. Также сохранилась и чудом уцелевшая его фотография. С неё смотрит настоящий русский сибиряк: крепкого телосложения, высокий, светло-русый, с ежиком непослушных волос. Прямой нос, крепко сжатые губы, ясный взор голубых глаз выдают в нём волевой характер.
Своего деда я никогда не видела, он погиб на фронте во время Великой Отечественной войны. Его не помнил и мой отец, ведь когда дед ушёл на войну, папа был совсем маленьким. Через всю свою жизнь он пронёс тоску по самому родному человеку – сыну не хватало надёжного мужского плеча рядом, отцовской любви и привязанности.
По рассказам односельчан, в работе Никите Гавриловичу не было равных. Сам срубил большую сосновую избу и два огромных по тем временам амбара. Дом стоял по левую сторону от реки Китерни - притока реки Ишим. Усадьба возле дома была 50 соток. Огромный огород семья засаживала картошкой, стройными рядами размещались также грядки с луком, морковью, свёклой и другими овощами. Хозяйство было крепким: держали корову, овец, свиней, кур, гусей.
Семья у моего деда была большая: пятеро детей от умершей жены и двое родились в браке с новой женой - моей бабушкой Аксиньей. Она вспоминала, что шесть лет совместной жизни пролетели как один миг. В быту дедушка был всегда сдержан, принимал только обдуманные решения, никогда не действовал сгоряча, был честен во всём и к тому же великодушен и добр. Забота о семье у него была всегда на первом месте.
В 1942 году, отвезя жену в больницу, а она была беременна, дед получил повестку на фронт. Забежав попрощаться, успокоил, что хлеба он заготовил много. Война, как говорил, будет недолгой, и семье запасов хватит, чтобы не голодать до его возвращения, да и хозяйство будет в помощь.
Родина моего дедушки Никиты – маленькая деревенька Шипунова раскинулась среди полей, лугов и лесов холодной Сибири. Лес во время войны был настоящим спасителем для всех жителей деревни. По первым проталинкам голодные ребятишки бежали в лесную чащу, чтобы полакомиться вкусными сладкими саранками, набрать берёзового сока. А летом после тяжёлой изнурительной работы в колхозе опять же спешили в лес собрать ягод, грибов, ели так называемые пучки, рвали и несли домой полевской лук.
Мой отец Виктор Никитич Аникин рассказывал, что он, будучи маленьким, часто ложился спать голодным. Заснуть долго не мог, плакал, просил хлеба. Мать брала его на руки и обносила все полки дома, чтобы он удостоверился, что еды никакой нет. Только так он успокаивался и с горем пополам засыпал. Каждый день в колхозе, если ты выполнял план, выдавали хлебный калач, если не выполнил норму, то полкалача. "Принесёт мама вечером калач хлеба, разделит всем поровну, а себе не оставит. Мы её спрашиваем: "А ты почему не ешь?". Она ответит: "А я не хочу", – вспоминал отец.
Вот так и жила семья солдата. Но на фронт мужу писала его дорогая Аксинья: "Всё хорошо у нас, не беспокойся, бей проклятых фашистов! Ждём тебя, вернись живым!"
Когда по улице шла почтальонка, сердце у бабушки замирало: принесла ли она письмо от мужа? Ведь почти каждый день приходили похоронки, и по деревне разносился горестный женский плач безутешных вдов.
Но дед писал исправно, в его письмах прослеживались нежность и забота о жене и детях. Жену Аксинью он называл не иначе, как "дорогая, милая". Детей просил слушаться и жить дружно. Также писал, что дважды лежал в госпиталях. Ранение получил в ногу и руку. После поправки снова на фронт. Никита Гаврилович был пулемётчиком. Как он воевал, увы, мы не знаем, но уверены, что геройски, ведь он был настоящим сибиряком, сильным, выносливым, смелым, ответственным, о таких людях говорят: "С ним бы я пошёл в разведку!".
На фронте у деда были и два старших сына. Аникин Степан Никитич находился на действительной службе, когда началась война. В похоронке от октября 1941 года значилось: "Пропал без вести". И только из местной газеты "Сельская новь" от 30 января 2010 года семья узнала, что Аникин Степан Никитич, рядовой 624-го СП, попал в плен 24 июля 1941 года. А 15 октября 1941 года из шталага IV-В отправлен в СС лагерь "Флюссенбург". Лагерный номер 128805. Далее судьба его неизвестна. Второй сын – Аникин Алексей Никитич в книге "Память" по Абатскому району числится пропавшим без вести, на самом деле службу он проходил на Дальнем Востоке и, вернувшись домой, дожил до глубокой старости.
А мой дед Аникин Никита Гаврилович, гвардии рядовой, погиб 17 июля 1943 года, похоронен в деревне Средний Изюмского района Харьковской области. Пусть он и не совершил громкого подвига, но отдал свою жизнь за Родину, защищая свою семью и будущее потомков.
Жена солдата Аксинья Перфильевна осталась верна мужу до конца своих дней, хранила память о нём, вырастила всех детей, дождалась внуков и правнуков. Дожила она до 97 лет, всегда была и остаётся для нашей семьи примером для подражания.
Мы пытались узнать больше о судьбе деда, писали в школу в деревне Средний, но ответа не получили. Потом началась перестройка, и ниточка оборвалась. Но память о нём жива. В нашей родной деревне Шипуновой есть памятник с именами погибших земляков. Имена деда и его сына выбиты там золотом. Каждый год 9 Мая наша семья приходит сюда поклониться подвигу тех героев, кто отдал жизнь ради мирного неба над нашими головами. Память о предках живёт вечно, пока мы храним её в своих сердцах.
Ирина Архипова
Фото предоставлено автором